Черкасс под нацистской свастикой. Как жили горожане в немецкой оккупации

Немецкая оккупация стала одним из самых ужасных периодов в истории города Черкасс. С одной стороны, немецкие власти дали волю культурной жизни, но в экономической сфере нацисты проводили довольно жесткую линию. За 2 года оккупации жители Черкасс смогли в полной мере ощутить на себе все особенности немецкого «нового порядка». О том, как жители Черкасс выживали во время нацистской оккупации. Подробнее на yes-cherkasy.com.ua.

Начало оккупации

22 августа 1941 года в Черкассах раздались последние выстрелы отступающих советских войск. Ночью 22 августа из города отошли бойцы 38-й армии, уничтожив за собой все три моста через Днепр, включая железную дорогу. Немцы вошли в Черкассы в 15:00 22 августа 1941 года.

Как только силы Вермахта (немецкая армия) заняли Черкасскую область, началось введение оккупационного административного устройства. Еще 20 августа 1941 года по приказу Гитлера был создан рейхскомиссариат «Украина», который занимал всё Правобережье и частично Левобережье (современные Полтавскую, Днепропетровскую и Запорожскую области). Территория делилась на генеральные и районные округа (гебиты), а сами Черкассы были присоединены к Смелянскому гебиту Киевского генерального округа.

Немецкие оккупанты перенесли центр управления Черкассами в Смелу, чтобы уменьшить вероятность столкновения с подпольным движением сопротивления, которое было более распространено в относительно крупных промышленно развитых городах.

Немецкие власти сразу установили комендантский час, хозяйственные повинности для населения и политику террора, направленную против коммунистических активистов, евреев, цыган и других меньшинств, неугодных нацистскому режиму. Для облегчения управления землями было проведено разделение военной и гражданской власти. Немецкая полиция обосновалась в доме Щербины, который ныне более известен как «Дворец бракосочетаний». Гестапо (тайная полиция) имело в качестве резиденции дом Табачникова. На перекрестке современных улиц Михаила Грушевского и бульвара Шевченко жил немецкий следователь Бэй.

Гражданская администрация держалась на коллаборационистах, с энтузиазмом встретивших приход немцев, восприняв их как «освободителей». В начале нацистской оккупации Черкасс у немецкой власти была немалая социальная база, на которую она могла опираться. Оно и не удивительно, потому что народ хорошо помнил большевистские политические репрессии, Голодомор, насильственную коллективизацию, гонение на церковь и издевательство над селом.

Культурная жизнь

Отношение германских властей к культуре оккупированных ими народов всегда носило нейтральный характер. Это связано с тем, что немцы как в Первую мировую, так и Вторую мировую войну ориентировались прежде всего на экономические, продовольственные и военные проблемы. Поэтому на культуру других народов немцам во время войны было по большей части всё равно, чем и воспользовалась черкасская интеллигенция.

В течение 1941-1942 годов произошел действительно настоящий культурный расцвет. Во-первых, воскресла церковная жизнь после долгих лет большевистского гнета. В частности, была восстановлена ​​церковная служба в черкасском Свято-Троицком соборе, на реконструкцию которого были выделены средства гражданской администрации.

Во-вторых, оживилась украинская пресса в Черкасской области, которая была представлена ​​здесь газетами «Родное слово», «Украинское слово», «Украинские новости», «Уманское время», а в Черкассах печаталась газета «Украинская мысль». Черкасская газета, редактируемая Маньковским, выходила с 27 сентября 1941 по 1943 год трижды в неделю. Однако нельзя сказать, что при немцах свободы слова стало только больше. По сути, нацистская цензура мало чем отличалась от большевистской. Жители Черкасс тайком называли главную газету города «Черкасской дунькой» из-за неправдивости информации, обнародованной в ней.

В-третьих, на Черкащине на время снова расцвела культура. При немецких властях в Черкассах были восстановлены капелла имени Николая Лысенко, цирк, эстрадный оркестр, учительская семинария. Активно восстанавливались и открывались новые церковно-приходские, низшие и средние школы. Этим воспользовались украинские националисты, которые продвигали своих активистов в школах, гимназиях и техникумах, где они пробуждали национальное сознание украинской молодежи. Основная часть школ была подчинена местным отделам народного образования, поэтому германские власти навязывали детям уважение к немцам и Адольфу Гитлеру, которого подавали как «освободителя».

Кроме того, в Черкассах восстанавливались различные общественные организации, популяризирующие украинскую историю, язык и культуру. Так, в октябре 1941 года черкасская общественность призвала основать филиал «Просвиты» – просветительского общества, распространяющего культуру в народ. В конце ноября 1941 года состоялось учредительное собрание, после которого в Черкассах, наконец, возник центр «Просвиты». Почти сразу по созданию филиала 14 декабря 1941 «просветители» провели художественный вечер в зале черкасского педагогического института. А в марте 1942 года черкасская «Просвита» организовала шевченковские дни.

Первоначально, чтобы побудить как можно больше подростков к продолжению обучения в профессиональных техникумах, немецкие власти давали поступающим освобождение от отправки на работы в Германии. Но все изменилось, когда немецкая армия потерпела первые серьезные неудачи на фронте. С конца 1942 года техникумы превратились в ловушки для 16-летних ребят, которых собирали в одном месте и насильно отправляли «остарбайтерами» в Германию.

Немецкие власти смотрели на культурное положение в Украине сквозь призму своих будущих колониальных планов и текущих военных проблем. У высшего руководства нацистов были специфические взгляды на ряд аспектов культурной жизни украинцев. Прежде всего, нацисты ставили перед собой проблему образования, потому что именно она стала самым дискуссионным вопросом. Если Альфред Розенберг (министр оккупированных восточных территорий) выступал даже за восстановление высшего образования в Украине, то другие руководители, включая Гитлера, были настроены против восстановления образовательной системы в будущем. Так, Гиммлер считал, что украинцам хватило бы и 4-классной школы. Однако реальная жизнь и потребности фронта побуждали немцев к сохранению фармацевтических и аграрных техникумов, которые были важны для поддержки тыла: немцам нужно было пополнять ряды специалистов, которые разбирались в сельском хозяйстве и здравоохранении (конечно, прежде всего немецких воинов).

Поэтому из этого следует, что немцы были нейтральными по отношению к украинской культурной жизни, однако при условии, что эта культура не перерастет в системность. Также видно, что немецкая оккупация даже пыталась поставить украинскую общественность на службу, чтобы манипулировать сознанием людей. Как только в начале 1943 года возникла угроза украинского националистического движения, немцы стали сильнее давить на культурную жизнь, доходя аж до запрета общества «Просвита» в конце 1942 года.

Социально-экономическая и бытовая жизнь

С приходом нацистской власти экономическая жизнь населения Черкасской области существенно не изменилась. Немцы, которые любили играть на эмоциях украинского крестьянства, обещая распустить колхозы и совхозы, передав землю в частную собственность, и дальше поддерживали работу ненавистных коллективных хозяйств. Лишь с 1943 года немцы начали раздавать «коллективные» земли в частное пользование крестьян, однако до конца своего пребывания в Украине немцы успели раздать только 12% всего земельного фонда, ранее закрепленного за колхозами и совхозами. То же самое касалось и Черкасс.

Крестьяне Смелянского гебита испытывали на себе экономически-продовольственное бремя, поскольку те должны были сдавать все необходимые аграрные продукты для прокормления немецкой армии. Этими же продуктами немцы запрещали торговать на базарах. Так что крестьянам приходилось продавать только то, на что не распространялся запрет.

Медицинская сфера значительно пришла в упадок с приходом немцев, поскольку советские власти при отступлении эвакуировали большинство оборудования и медикаментов. Но, что интересно, нацисты ввели целый перечень болезней, которые должны были лечиться бесплатно, среди таких, например, был сифилис и другие половые болезни. Опять же, подобные меры вводились немецкими властями не по доброте душевной, а для поддержания стабильности в тылу и в армии.

Холокост

Первое, что делали немецкие оккупанты при входе в населенные пункты – уничтожение еврейского населения. В нацистской идеологии евреи считались «недолюдьми» и «пособниками коммунистов». По состоянию на 1941 год население Черкасс на 15% состояло из евреев, большинство из которых ожидала смерть либо от пули, либо от рабского труда в концлагерях.

Сразу после начала оккупации, нацисты расстреляли 300 еврейских жителей Сосновского района. В дальнейшем немцы избрали местом расстрела противотанковый ров на проспекте Химиков. Черкасские евреи были отмечены белыми повязками, на которых была нарисована звезда Давида. Вскоре было создано первое в городе еврейское гетто на пересечении современной улицы Князя Ольгерда и Замкового спуска. Второе гетто немцы обвели вокруг тогдашнего общежития ДОКа.

Евреям отводилась вся грязная работа, вроде разгребания руин, расчистки дорог, копания рвов и тому подобное. Несчастные люди работали 12 часов в сутки и больше, причем бесплатно, поскольку главной оплатой за труд была немецкая «милость». В общей сложности за годы оккупации погибло около 12 тысяч черкасских евреев.

Конечно, часть черкасского еврейства удалось спасать при отступлении советских войск. Многие евреи были эвакуированы в Россию и Среднюю Азию. Черкасские евреи приветствовали в глубоком тылу со слезами на глазах, помогая им морально и материально. Когда часть беженцев возвращалась в освобожденные Черкассы в 1944 году, многие давали им сухарей на дорогу, а также ценные вещи.